Мы все болели. Все, да не все. Вова гостил у бабушки, а Коля дома завалился с температурой под сорок. Потом отец, потом я. Десять дней младший скитался по бабам.
Вот я пришла с работы домой, а Во дома. Такой маленький. Такой выросший. Такой славный. Мы глаз не ноги от него отвести. Он много болтает. Практически все слова говорит!
Вот, эта, мутити ( мультики), масики ( машинки), называет имена щенков, вертолетов, сдает явки и пароли. Любит, когда ему про цвета рассказываю. Но пока путает. Аязевый, жоты, сини, кати, илёны. По-прежнему играет часто сам, бормочет и приговаривает. Играет в спасателей- патите (спасите), патите-мамагити. Сикает в горшок по просьбе, но артачится. Пульт аления (пульт управления), нёпку азять (кнопку нажать) - это он сейчас щенячий патруль смотрит, подпевает, очень переживает за этих собак. Увидел у коли дырку на коленке - басяя дирка, асить (зашить), нозицы (ножницами) тик тик тик. Ходил за ним и уговаривал зашить дырку.
Колян подначивает Вовку. То игрушку отберёт, то обниматься принимается, в щёчки нацеловывает.
Бабушки все тащятся с Вовы, говорят, что таких детей и не видели. Пряник, как он есть.
Меня в первый вечер после разлуки просто затопило умилением и нежностью. Так, что я всю ночь не спала. Видимо от восторга. Сегодня третий день. Я по-прежнему его разглядываю, глазки умные, попы круглые, животик щенячий. И слушаю.
